На сайті 11893 реферати!

Усе доступно безкоштовно, тому ми не платимо винагороди за додавання.
Авторські права на реферати належать їх авторам.

УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УБИЙСТВА ПО РОССИЙСКОМУ УГОЛОВНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ

Реферати > Правознавство > УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УБИЙСТВА ПО РОССИЙСКОМУ УГОЛОВНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ

Например, М.Д. Шаргородский, Н.С. Таганцев, полагал, что убийство женщины, заведомо для виновного беременной, не должно сохраняться в дальнейшем в нашем законодательстве как квалифицирующее обстоятельство. Большинство же ученых считали и считают, что законодатель, выделив в квалифицированный вид убийство беременной женщины, поступил правильно1.

Так, по мнению А.А. Пионтковского, признание убийства беременной женщины квалифицированным преступлением продиктовано как необходимостью усиления охраны личности беременной женщины, так и фактом особой опасности самого преступного действия, которым лишается жизни не только женщина, но и одновременно уничтожается зародыш будущей человеческой жизни. При этом, по мнению автора, не имеет значения стадия беременности. Например, он полагал, что убийство беременной женщины отцом будущего ребенка, когда она сообщила о своей беременности, хотя бы еще и не заметной для окружающих, даст состав рассматриваемого квалифицированного вида убийства.[45]

Закон требует, чтобы потерпевшая заведомо для виновного находилась состоянии беременности в момент посягательства на ее жизнь. В данном случае важно определить понятие заведомости. Большинство исследователей исходят из того, что понятие «заведомость» означает достоверное знание виновного о наличии беременности потерпевшей. Например, Э. Ф. Побегайло пишет, что п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ должен применяться лишь случаях, когда виновному в момент совершения убийства достоверно, известно, что женщина находилась в состоянии беременности.[46]

Однако имеется и иной взгляд на данную проблему. Так С. В. Бородин с подобным подходом не согласен. Он утверждает: «При заведомости несомненность знания субъекта об отягчающем обстоятельстве следует относить не к тому, имеется ли оно в действительности, а к тому, что он знает о нем. При этом несомненность знания об отягчающем обстоятельстве не изменяется от того, что у субъекта нет полной уверенности в его фактическом наличии. В таких случаях отношение виновного к отягчающему обстоятельству характеризуется косвенным умыслом (безразличное отношение к его наличию) и, следовательно, квалификация убийства по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК не исключается».[47]

Как мы видим, суть разногласий в научной среде касается степени достоверности знания виновного о беременности потерпевшей. Одни считают, что виновный должен точно знать о данном обстоятельстве. По мнению других, для ответственности по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК достаточно допущения наличия беременности потерпевшей.

На наш взгляд, квалификация действий виновного лица по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ возможна тогда, когда виновный точно знает, что потерпевшая беременна. Предположительное знание о наличии беременности не дает оснований для подобной квалификации. В законе не случайно употребляется понятие «заведомо для виновного». Слово «заведомый» означает хорошо известный, несомненный для виновного, а не с точки зрения действительности.

Московским городским судом Архипов был осужден по п. «ж» ст. 102 УК РСФСР (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Он был признан виновным в том, что находясь в состоянии опьянения, из ревности кухонным ножом совершил убийство своей беременной жены Архиповой Светланы. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставила без изменения.Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос о переквалификации действий Архипова с п. «ж» ст. 102 УК (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ) на ст. 103 УК (ч. 1 ст. 105 УК РФ) со ссылкой на отсутствие убедительных доказательств того, что Архипову было известно о беременности жены.

Президиум Верховного Суда РФ не согласился с протестом, указав следующее. Вина Архипова в убийстве из ревности своей жены, заведомо для него находившейся в состоянии беременности, доказана показаниями свидетелей, заключением судебно-медицинской и судебно-биологических экспертиз, исследованными в судебном заседании. Доводы протеста о том, что Архипов заведомо не знал о беременности своей жены, нельзя признать обоснованными.

Как видно из показаний Исаковой, Ященко, потерпевшая во время телефонных разговоров с Архиповым, свидетелями которых они были, говорила ему о своей беременности. Свидетель Рыгин в судебном заседании пояснил, что по инициативе Архипова он встретился с ним на улице и просил Архипова не преследовать жену, уведомив его, что она беременна.

Из показаний свидетеля видно, что за несколько дней до убийства ей звонил Архипов, разыскивая жену. Она сказала ему, что его жена беременна и боится, что он ее будет преследовать из-за желания расторгнуть брак.

Как пояснили в суде указанные свидетели, о беременности Архиповой им стало известно от самой потерпевшей и это было видно по ее состоянию здоровья — имел место сильный токсикоз. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, у Архиповой имелась беременность 5-6 недель.

Исходя из указанных доказательств, суд сделал правильный вывод о том, что Архипов при совершении убийства заведомо знал о беременности потерпевшей. Поэтому его действия надлежит квалифицировать по п. «ж» ст. 102 УК РСФСР (п. «г» ч 2 ст. 105 УК РФ).[48]

Таким образом, следует сделать вывод о том, что для ответственности по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо установить, что виновный знал о беременности потерпевшей, был в этом субъективно убежден. Иначе говоря, для привлечения виновного к уголовной ответственности по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо установить, что у него в момент посягательства на жизнь потерпевшей не было оснований сомневаться в том, что она беременна, и потерпевшая в действительности была беременной.

Чаще всего виновный достоверно знает о состоянии беременности потерпевшей. Однако в некоторых случаях, относящихся к раним срокам беременности, виновный может заблуждаться относительно состояния потерпевшей. Субъективно, в силу определенных обстоятельств, он может быть убежден в том, что потерпевшая беременна, а объективно таковой она может не оказаться. Возможно, что виновный, опять-таки в силу каких-либо обстоятельств, исключал беременность потерпевшей, а она оказалась беременной. В подобных случаях возникает вопрос о том, как квалифицировать содеянное виновным при его заблуждении относительно факта наличия беременности у потерпевшей.

Вопрос о фактической ошибке виновного относительно состояния беременности потерпевшей относится к одному из самых дискуссионных в уголовном праве. Это вытекает из анализа уголовно-правовой литературы.

С.В. Бородин полагает, что убийство женщины, когда виновный ошибочно считает, что она беременна, должно квалифицироваться по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как умысел виновного направлен на лишение жизни потерпевшей при наличии отягчающего обстоятельства, указанного в законе.[49]

В качестве подтверждения правильности своего вывода, он приводит следующий пример из кассационной практики Верховного Суда РФ.

Л. состоял в интимной связи с Ш., желая, чтобы Л. ушел от жены, однажды заявила ему, что она беременна. Л, опасаясь «неприятностей» дома и на работе, решил убить Ш. С этой целью он ее пригласил в лес за ягодами и там убил. Вскрытие показало, что беременной потерпевшая не была.

Перейти на сторінку номер: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
 16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Версія для друкуВерсія для друку   Завантажити рефератЗавантажити реферат